Трагические события 11 сентября 2001
г. вызвали в Саудовской Аравии, как и во всем арабском
мире, неоднозначную реакцию. В тот же день в Эр-Рияде
было опубликовано официальное заявление по поводу варварских
террористических актов в Нью-Йорке и Вашингтоне». Королевство
«Саудовская Аравия, - говорилось в нём, - решительно осуждает
подобные действия, которые идут вразрез со всеми религиозными
ценностями и понятиями о цивилизованном поведении, и выражает
свои искренние соболезнования семьям пострадавших, президенту
США Дж. Бушу и всему американскому народу». В заявлении
был сделан акцент на то, что Саудовская Аравия не приемлет
терроризм и вместе с мировым сообществом стремится бороться
со всеми проявлениями этого опасного явления международной
жизни.
Выступая 17 сентября на брифинге перед представителями
СМИ, министр информации КСА д-р Ф. Аль Фарси сообщил,
что на заседании кабинета министров король Фахд подтвердил
осуждение королевством бесчеловечных действий террористов,
которые привели к разрушению правительственных и общественных
зданий в Вашингтоне и Нью-Йорке. Монарх выразил глубокую
опечаленность и соболезнования президенту США, американскому
народу, родственникам и друзьям погибших.
Министр заявил, что подобные акты отвергаются всеми
религиями.
Сославшись на короля, он подтвердил поддержку КСА Соединённых
Штатов и его желание сотрудничать с ними в борьбе со
всеми формами терроризма. Особо в заявлении министра
было отмечено, что королевство "отказывается от
любого своего подданного, связанного с террористами».
В заявлении посла КСА в Вашингтоне принца Бандара Бен
Султана, эмоционально озаглавленном «Мы с тобой, Америка»,
сообщалось, что в свете трагических событий в Соединенных
Штатах Саудовская Аравия отменила все торжественные
мероприятия по всему миру по случаю Национального дня,
ежегодно отмечаемого 23 сентября. «Мы сделали это в
знак сочувствия жертвам и надежды на выздоровление пострадавших,
из уважения к народу Соединенных Штатов Америки. Скорбя
вместе с вами, в Саудовской Аравии хотели бы, чтобы
каждый американец знал, что мы осуждаем эти террористические
атаки и стремимся к тому, чтобы ответственные за них
были переданы в руки правосудия» - заключил посол.
Не менее прочувственным было и заявление саудовского
посла в Лондоне д-ра Г. аль - Кусейби». Саудовская Аравия,
- подчеркнул он, - была одним из первых государств мира,
осудившим террористические акции, повлекшие за собой
гибель сотен невинных людей в Соединенных Штатах. Я
хотел бы вновь заявить об этой позиции и выразить свои
симпатии народу Великобритании, потерявшему сотни безвинных
граждан. Ислам - религия толерантности и ни один истинный
мусульманин не может принять подобные ужасные преступления».
Официальная позиция КСА была поддержана видными религиозными
авторитетами и учеными- теологами». Недавние события
в США,- заявил верховный муфтий королевства шейх А.
Аль Шейх,- являют одну из форм несправедливости, которая
невыносима для Ислама, рассматривающего эти акции как
тяжкие преступления и греховные деяния».
Разделяя такую оценку, председатель высшего юридического
совета, министр юстиции КСА шейх С. аль-Лухейдан призвал
все мировое сообщество «проявлять бдительность и осторожность
в отношении этих мрачных и бесстыдных злодеяний, которые
невозможно оправдать ни здравым смыслом, ни религией
Ислама».
Созвучную саудовской позицию осуждения терроризма во
всех его проявлениях заняла и Организация Исламская
конференция, объединяющая 57 мусульманских государств
и базирующаяся во втором по значению городе королевства
- Джидде. Собравшись 10 октября в столице Катара г.
Дохе на экстренное совещание, министры иностранных дел
ОИК отмежевались от организаторов и исполнителей терактов
в США. В принятом итоговом заявлении отмечалось, что
эти люди "своими зверскими действиями поставили
себя вне Ислама, вне религиозных учений, морали и законов».
По мнению министров, они должны быть найдены и переданы
в руки правосудия. Участники встречи не ограничились
лишь осуждением бандитских акций. Они выступили с инициативой
проведения всемирного антитеррористического конгресса
под эгидой ООН. На нем должно быть сформулировано приемлемое
для всех определение терроризма, четко очерчены границы
между этим опаснейшим явлением современной международной
жизни и закрепленным в Уставе ООН правом народов на
борьбу за свободу и национальное освобождение, против
оккупации и угнетения.
Министры особо отметили, что мировое сообщество, стремящееся
упрочить международную безопасность, не должно игнорировать
события в Палестине, где Израиль пытается воспользоваться
терактами в США для развязывания беспрецедентных репрессий
против палестинцев. Они призвали защитить мирное палестинское
население и обеспечить сохранность исламских святынь
на оккупированных территориях.
Кроме того, участники совещания в Дохе выразили озабоченность
тем, что военные действия на территории Афганистана
привели к жертвам среди мирного населения, высказались
за сохранение территориальной целостности этого исламского
государства и приветствовали инициативу эмира Кувейта
о создании фонда солидарности и развития Афганистана.
Совещание ОИК явилось логическим продолжением состоявшейся
также в Катаре конференции лидеров стран, входящих в
Лигу арабских государств (ЛАГ). По инициативе генерального
секретаря этой организации Амра Мусы, её участники призвали
США отказаться от нанесения ударов по произвольно выбираемым
целям, поскольку это может привести к новым мало предсказуемым
международным кризисам и потрясениям.
Солидарность, проявленная официальным Эр-Риядом, вызвала
позитивный отклик в Вашингтоне». Соболезнования наследного
принца Абдаллы, - отметил новый посол США в КСА Р. Джордан,
- были одними из первых, которые получило наше правительство.
Наследник саудовского престола осудил удары террористов
и предложил оказать нам любое посильное содействие.
На другой день после террористических актов Саудовская
Аравия выступила с заявлением, в котором был гарантирован
стабильный уровень экспорта саудовской нефти в США и
возмещение любого возможного дефицита на мировом рынке
за счет поставок из стран ОПЕК». В качестве награды
за поддержку посол обещал приложить все усилия для приема
королевства в ВТО.
Американцы воспользовались предложением всяческого
содействия, запросив у Эр-Рияда карт бланш в использовании
саудовских военных баз и других технических возможностей
для проведения операции возмездия против «международного
террориста №1» Усамы бен Ладена (бывшего саудовского
подданного ) и его организации «Аль-Каида ", обвиненной
в осуществлении террористического разбоя в Вашингтоне
и Нью-Йорке.
На первых порах саудовское руководство позитивно отреагировало
на такое запрос: было форсировано сотрудничество по
линии спецслужб для идентификации террористов, встречи
представителей ФБР в Саудовской Аравии с коллегами из
МВД КСА стали, по признанию американцев, почти ежедневными.
Проводя антитеррористический курс, 25 сентября королевство
разорвало отношения с режимом движения Талибан (ДТ),
установленные в мае 1997 г., мотивировав этот шаг "отказом
талибов позитивно ответить на контакты и инициативы
КСА с целью убедить их прекратить предоставление убежища
террористам и их подготовку".
Эта акция стала логическим завершением постепенного
охлаждения саудовско - талибских отношений, происходившего
не без американского влияния. Еще в 1998 г. королевство
снизило уровень своего представительства в Кабуле до
поверенного в делах в знак протеста против отказа ДТ
выслать бен Ладена. Миссия талибов в Эр-Рияде была вынуждена
ограничить свою деятельность административными и консульскими
вопросами и в частности продлением паспортов около 200
тыс. афганцев, пробравшихся в королевство всеми правдами
и неправдами на заработки.
«Саудовская Аравия, - отмечалось в официальном заявлении
25 сентября, - с глубоким сожалением отмечает, что движение
Талибан превратило свою территорию в центр по приёму,
подготовке и мобилизации изгоев различных национальностей,
в том числе и саудовской, с тем, чтобы они совершали
преступные деяния, противоречащие всем религиям, отказываясь
передать этих преступников в руки правосудия. Несмотря
на последние события, правительство талибов продолжает
использовать свою территорию для того, чтобы давать
приют, вооружать и подталкивать преступников на противозаконные
действия против невинных людей, что наносит вред Исламу
и репутации мусульман по всему миру».
Напомнив об оказанной королевством в своё время "полной
поддержке героической борьбы братского афганского народа
за независимость", саудовское руководство заверило,
"что, несмотря на разрыв дипломатических отношений
с талибами, оно останется на стороне этого народа и
будет оказывать ему содействие в деле обеспечения безопасности,
стабильности и процветания».
Эти многообещающие слова не разошлись с делом. На международной
конференции по восстановлению Афганистана (Токио, январь
текущего года) королевство выразило готовность оказать
этой разоренной стране помощь в размере 220 млн. долл.
в период до 2005 г. Глава временной афганской администрации
Хамид Карзай в одну из своих первых зарубежных поездок
посетил Саудовскую Аравию (а затем уже США), где договорился
о первом транше обещанной помощи в размере 20 млн. долл.
Как показали последующие события, отмеченный пассаж
в заявлении о разрыве с талибами не был данью политическим
формальностям и дипломатическому протоколу. Весьма скоро
в американо - саудовское антитеррористическое взаимодействие
вмешался фактор исламской солидарности. Другим серьезным
ограничителем в наращивании партнерства королевства
с США в борьбе с терроризмом стала тщательно оберегаемая
правящим режимом уникальная роль страны как хранительницы
двух главных святынь ислама- Мекки и Медины, куда ежегодно
устремляются на паломничество миллионы мусульман со
всего мира. По образному выражению французской "Монд",
Саудовская Аравия вновь продемонстрировала, что является
"пленницей своего географического положения».
Ещё одним серьёзным сдерживающим фактором послужило
сохраняющееся недовольство прозападным курсом правительства
в среде мусульманского духовенства, особенно критично
относящегося к дислокации американских войск (около
5 тыс. военнослужащих) на саудовской территории со времен
войны в зоне Персидского залива в 1991 г. Американское
присутствие в королевстве дает Усаме бен Ладену и его
последователям выигрышный пропагандистский козырь для
оправдания джихада против США и правящей династии в
КСА. Нет более важного долга, - заявил он ещё в 1996
г.,- чем изгнание американского врага со священной земли
Аравии.
При этом более молодая часть религиозных радикалов
все чаще упрекает ветеранов в чрезмерной покорности
правящему режиму и отказе от отстаивания высоких идеалов
Ислама от нападок неверных. Нарастающая привлекательность
фундаменталистских взглядов для молодежи, обнаруженная
автором в ходе исследовательской работы не только в
Саудовской Аравии, но и в других арабских странах, даже
таких, казалось бы, относительно светских и модернистских,
как Египет и Сирия, является одной из сильных и опасных
сторон современного исламского радикализма.
Особенно резкую критику позиция официального Эр-Рияда
вызвала в традиционно оппозиционных провинциях Асир
(на юге) и Касым (на северо- западе). В своей фетве
( духовном воззвании) на сайте Интернета шейх Х. Бен
Окла аль - Шуэйби из Касыма в дни американских ударов
по Афганистану указал, что «Америка является государством
неверных, врагом ислама и мусульман и призвал их «оказать
помощь своим братьям - талибам». Пять его коллег из
той же провинции в своих фетвах запретили правоверным
«всяческое сотрудничество с евреями и христианами».
Наглядные проявления усиления антиамериканских и вообще
антизападных настроений в королевстве на волне убийств
мусульман в Афганистане и всё большего разрушения этой
многострадальной страны не заставили себя долго ждать.
Ещё накануне контртеррористической операции прогремел
взрыв в оживленном торговом центре г.Хобар, в котором
живут и работают многие западные гражданские и военные
специалисты. Этот город в 1996 г. уже стал жертвой террористов,
осуществивших взрыв в жилом доме, заселенном американцами.
Тогда погибло 19 человек и почти 400 было ранено. На
этот раз новый теракт унес жизнь американца и несколько
человек получили ранения разной степени тяжести. Министр
внутренних дел КСА принц Найеф не исключил связь этого
инцидента с событиями 11 сентября в США. Через месяц
было объявлено о результатах расследования: теракт осуществил
палестинец- камикадзе.
В середине октября в Эр-Рияде неизвестный бросил бутылку
с зажигательной смесью в машину с двумя гражданами Германии.
По счастливой случайности пассажиры злосчастного автомобиля
не пострадали, отделавшись нешуточным испугом.
В этих осложнившихся условиях министру обороны США
Д. Рамсфельду, посетившему Эр-Рияд незадолго до начала
акции возмездия в Афганистане, было вежливо, но достаточно
твердо отказано в использовании в этой операции открытого
только летом прошлого года и оборудованного американцами
суперсовременного командного пункта авиабазы им. принца
Султана недалеко от саудовской столицы. Позднее появились
сообщения, что американцы добились возможности использовать
этот пункт, но при условии, что ни один самолет США,
базирующийся в КСА, не вылетит в сторону Афганистана
или иной исламской страны.
30 сентября прошлого года наследник престола принц
Абдалла заявил во всеуслышание, что «военнослужащим,
проводящим боевые операции против какой-либо арабской
или мусульманской страны, не будет разрешено действовать
с территории Саудовской Аравии».
В конце января текущего года американская печать заговорила
о возможном уходе военного контингента США из Саудовской
Аравии из- за «недостаточной кооперативности саудовской
стороны». При этом отмечалось, что пребывание американцев
на саудовской земле не регламентируется никакими соглашениями
и основывается лишь на устной договоренности высших
руководителей двух государств.
«Вашингтон пост» в этой связи указывала на разницу
в понимании американской и саудовской сторонами конечных
целей дислокации военнослужащих США на территории КСА,
осуществленной по просьбе короля Фахда после захвата
Ираком Кувейта в 1990г. Саудовцы, по оценке газеты,
полагают, что после освобождения Кувейта американцы
выполнили свою миссию и могут отправляться восвояси;
в Вашингтоне же считают, что они должны оставаться на
саудовской земле вплоть до падения режима Саддама Хусейна
в Ираке, а в свете развернувшейся антитеррористической
борьбы - и дальше, на неопределенное время в будущем.
Ещё рельефнее коренное расхождение в подходах к самой
сути американо- саудовского военного партнерства обозначил
В. Пфаф в «Лос Анджелес Таймс». По мнению Вашингтона,
- писал он в конце января текущего года, - Соединенные
Штаты сражались в зоне Персидского залива, чтобы защитить
Саудовскую Аравию; защищают они её и теперь в войне
против терроризма, заслуживая / со стороны саудовцев-
А.В. / благодарность и сотрудничество. В Саудовской
же Аравии широко распространено мнение о том, что США
так воевали в Заливе, отстаивая свои собственные нефтяные
интересы, что поставили КСА в неудобное положение, и
отказались уйти после окончания войны.
Отметим для иллюстрации масштабов нефтяных интересов
США, что за счет импорта из Саудовской Аравии они покрывают
около 20% своих потребностей в этом важнейшем энергоносителе
и сырье для широчайшей гаммы промышленных товаров.
Сторонники ухода из королевства (самым видным из них
стал председатель сенатского комитета по делам вооруженных
сил, демократ К. Левин) аргументировали свою позицию
тем, что значительные расходы по поддержанию в КСА американского
военного присутствия не встречают должного понимания
со стороны саудовских властей, которые относятся к военному
сотрудничеству с американцами всё более сдержанно. Кивая
на наследного принца Абдаллу, газеты писали о том, что
после окончания афганской кампании саудовцы, исходя
из соображений своей внутренней и межарабской политики,
станут, вероятно, постепенно выживать американцев со
своей территории. Припоминали в этой связи и твердый
отказ Эр-Рияда предоставить территорию королевства и
его военные возможности для нанесения эвентуальных ударов
по Ираку.
«Саудовская Аравия, - с заметным раздражением резюмировала
«Вашингтон пост», - будучи, возможно, союзником США
в полицейской акции против некоторых террористов, быстро
превращается в помеху и есть риск, что она станет противником
в более широкой борьбе против исламского экстремизма...
Администрация должна теперь признать, что саудовская
политическая практика стала не только неприятным побочным
явлением, но и настоящей угрозой для США, так как корни
исламского экстремизма и терроризма произрастают из
идеологии нетерпимости, к которой склоняется принц Абдалла».
В развернувшуюся оживленную дискуссию в прессе, принимавшую
всё более не желательный для официального Вашингтона
оборот, был вынужден вмешаться президент Дж. Буш, который
устами официального представителя Белого дома А. Флейшера
заявил, что «договоренности с саудовцами работают и
работают очень хорошо». Официальные опровержения относительно
намерений саудовцев «удалить американцев» сделали госсекретарь
К. Пауэлл и министр обороны Д. Рамсфельд. Из высказываний
последнего печать сделала вывод о том, что «США рассматривает
своё военное присутствие в Саудовской Аравии как источник
региональной стабильности на почти неопределенное время
и оно завершится лишь тогда, когда мир станет миром,
о котором мы мечтаем».
Комментируя похолодание между Вашингтоном и Эр-Риядом,
мировые СМИ возвращались к тому, что весь минувший год
был отмечен заметными трениями в американо- саудовских
отношениях. Трижды в течение лета наследный принц Абдалла
в весьма жестких тонах обращался к администрации Дж.
Буша с призывами изменить произраильскую позицию, указывая
на её опасность для американо - арабских и американо-
саудовских отношений.
«Вы не оставляете нам иной альтернативы кроме проведения
политики, основанной на национальных интересах, не взирая
на то, как она скажется на вас»,- заявил, по сообщениям
журналистов, принц Бандар, вручая очередное послание
наследника саудовского престола советнику американского
президента по национальной безопасности К.Райс.
Из-за произраильского крена в ближневосточной политике
США принц Абдалла ещё весной прошлого года отклонил
приглашение посетить Вашингтон и встретиться с Дж. Бушем,
а начальник генерального штаба КСА отменил свой визит
в американскую столицу, намечавшийся на 9 сентября.
В ряд подобных акций американская печать вписывала и
отставку в августе минувшего года после более 20 лет
службы известного своими проамериканскими симпатиями
руководителя внешней разведки КСА принца Турки, в ведении
которого находилось афганское досье.
Панисламская составляющая в политике саудовского руководства
проявилась и в отношении главного американского союзника
- Великобритании. Уже в период антиталибских ударов
Саудовская Аравия, по сообщению весьма популярной общеарабской
газеты «Аш-Шарк аль- Аусат» (издаваемой в Лондоне на
саудовские деньги и нередко используемой для вброса
деликатной информации), обратилась к британскому премьеру
Тони Блэру с просьбой отменить визит в Эр-Рияд по политическим
причинам. Это сообщение в официальных кругах опровергнуто
не было. Газета доверительно отмечала, что руководство
королевства настаивало на таком весьма серьёзном политическом
демарше, так как хотело избежать формирования в мусульманском
мире своего образа как «пособника США и их подручного».
В результате Т. Блэр отказался от посещения КСА в первой
декаде октября под благовидным предлогом «перегруженности»
программы своего официального турне по странам Азии.
Саудовские СМИ никак не комментировали американские
удары по Афганистану, ограничившись выдержками из обращения
Дж. Буша к нации. Вместе с тем, весьма характерны высказывания
простых саудовцев, наугад опрошенных корреспондентами
Си-Эн-Эн, отражающие настроения «арабской улицы».
«Самая могущественная страна в мире, - недоумевал один
из них, 19- летний юноша, - наносит удары по бедным
афганцам, не имеющим никакого отношения к тому, что
произошло в Нью- Йорке. Разве нужно нападать на целый
народ, чтобы преследовать одного человека?»
«Мы - мусульмане и обязаны защищать себя от неверных,-
убежденно заявил другой. - Американцы - неверные и они
несут ответственность за страдания многих мусульман
в мире».
Показательна и реакция в королевстве на заявление бен
Ладена, переданное катарским телеканалом «Аль- Джазира»
за несколько часов до начала американских авиаударов
по Афганистану. Многие саудовские аналитики пришли к
выводу о том, что этим заявлением он «выиграл выбор".
После него, по мнению обозревателя газеты «Эрэб Ньюс»
Дж. Кашоги, «он стал самой популярной фигурой в арабском
мире. Он выглядел жертвой, теперь те из менее образованных
слоев населения, кто колебался, поддерживать ли его
после ударов 11 сентября, убеждены его искренностью,
простотой и красноречием».
Один из студентов, комментируя выступление «террориста
№1», попал, на наш взгляд, в болевую точку исламского
миропонимания, на которую постоянно жмут экстремисты
всех мастей». Бен Ладен прав, - уверенно заявил он.
– «Мира не будет, пока его не будет в Палестине».
По просочившимся в американскую печать данным проведенного
в середине декабря саудовскими спецслужбами зондажа
общественного мнения, 95% образованных саудовцев в возрасте
от 25 до 40 лет поддерживали бен Ладена.
«Приходится признать,- отмечал в конце января американский
обозреватель Т. Фридман,- что бен Ладен затронул глубинные
струны арабо- мусульманской души, повлиял даже на тех,
кто осудил его убийства. Несмотря на его преступления,
они сочувствуют ему как человеку, не оробевшему перед
высокомерной силой Америки, как человеку, посмевшему
сказать некоторым арабским правителям «а король- то
голый», как человеку, который хоть как-то действует».
Такой настрой широких слоёв населения во многом повлиял
на формирование позиции арабских государств относительно
участия в антитеррористической коалиции под эгидой США.
Её в конце сентября и начале февраля озвучил президенту
Дж. Бушу король Иордании Абдалла II. Как отметил министр
информации королевства С. аль-Калляб, «арабы исходят
из того, что борьба с террором как мировым злом должна
привести к ликвидации всех очагов напряженности на планете,
в том числе и на Ближнем Востоке. США должны остановить
израильское варварство в отношении палестинского народа
и справедливо урегулировать конфликт путем предоставления
палестинцам права на самоопределение и создание государства
со столицей в Восточном Иерусалиме».
Эта позиция была подтверждена наследным принцем Абдаллой
в телефонном разговоре с президентом Дж. Бушем 1 октября
2001 г. «Палестинская проблема, - напомнил принц, -
это проблема всех арабов и всех мусульман. Она - источник
напряженности в регионе».
Раскрывая этот тезис, газета «Аль-Ватан» в статье, опубликованной
на другой день, отмечала, что «палестинский народ- жертва
всемерной несправедливости заслуживает такой же реакции
мирового сообщества, как и после событий 11 сентября
в США».
Примечательна и различная интерпретация в Соединенных
Штатах и Саудовской Аравии позиции, занятой членами
Совета сотрудничества арабских государств Персидского
залива, в котором первую скрипку играет КСА. Если в
Вашингтоне она трактовалась как полная поддержка борьбы
американцев с международным терроризмом, то в королевстве
многие наблюдатели пришли к выводу о том, что государства
Залива не хотят повторить ошибки 1990 г., когда они
позволили вовлечь себя в военный альянс против Ирака
в обмен на лживые обещания американцев урегулировать
арабо- израильский конфликт.
Оказавшись между американским молотом и религиозной
наковальней, саудовское руководство было вынуждено предпринять
ряд контршагов. По сообщению «Монд», 18 октября принц
Найеф потребовал от спецслужб «проявить твердость в
отношении тех, кто пытается нанести ущерб безопасности
государства, прикрываясь именем Ислама». В свою очередь
министр КСА по делам Ислама запретил богословам- улемам
призывать в проповедях к джихаду. По данным саудовских
оппозиционных кругов, многие недовольные проамериканской
политикой правительства были арестованы.
Колебания в позиции официального Эр-Рияда под влиянием
общественного мнения и активизации местных исламистов
стали вызывать все большее раздражение в Вашингтоне,
которое вскоре вылилось на страницы печати. «Интернэшнл
Геральд Трибюн», к примеру, 17 октября опубликовала
статью под весьма красноречивым заголовком «Саудовцы
могли бы лучше бороться с терроризмом».
Формальным поводом для её автора Т. Фридмана, разразившегося
в адрес Эр-Рияда форменной филиппикой, стал казус, случившийся
на руинах Всемирного центра торговли в Нью- Йорке. Осмотрев
их, саудовский миллиардер, племянник короля Фахда, принц
В. Бен Таляль (шестой самый богатый человек в мире,
его капиталовложения только в США оцениваются в 14 млрд.
долл.) направил мэру города Р. Джулиани в виде пожертвования
чек на 10 млн. долл. При этом он заявил, что США «пора
бы добраться до корней терроризма, заставить Тель- Авив
помириться с палестинцами и остановить израильскую бойню
этого народа».
Мэру такой совет показался неприемлемым, он не согласился
с подобной трактовкой корней терроризма и демонстративно
вернул чек саудовскому благодетелю. Отталкиваясь от
этого инцидента, Т. Фридман в негодовании вылил на саудовцев
целый ушат обвинений, припомнив им и то, что большинство
из террористов- угонщиков самолетов были саудовцами
(15 из 19 ), и то, что финансирование талибов и самого
бен Ладена якобы шло в основном из королевства, и даже
то, что преступники выступали не только против США,
но и против «коррумпированного и лицемерного режима
в Саудовской Аравии».
Для того, чтобы приглушить громкий резонанс от скандального
инцидента, принц Таляль счел нужным объясниться, опубликовав
через пару недель в той же газете свой комментарий,
выдержанный в оправдательно - извинительных тонах. Признавая
углубление «трещины недоверия» в саудовско - американских
отношениях после трагических событий 11 сентября, он,
тем не менее, вновь повторил тезис о том, что без мира
на Ближнем Востоке борьба с терроризмом не будет эффективной.
«Десять лет назад,- прочувственно писал принц, - Америка
пришла к нам на помощь в противостоянии терроризму Саддама
Хусейна. Мы не можем забыть эту жертву и всегда будем
испытывать чувства благодарности... Американцы и саудовцы
должны заняться некоторыми застарелыми проблемами. Вот
уже десятилетия внимание арабов сфокусировано на палестино
- израильским конфликте, который кажется неразрешимым.
Они искренне хотят, чтобы он был урегулирован, и как
можно скорее. Я все же надеюсь, что расхождения между
нашими странами будут устранены, чтобы мы совместными
усилиями могли противостоять ужасу терроризма и построить
прочный и справедливый мир для всех народов Ближнего
Востока».
Ещё более доходчиво принц объяснил свою позицию в интервью
журналу «Ньюсуик» 22 октября 2001 г». Америка, - по
его словам, - должна четко представлять себе реальность,
если она не хочет бороться с терроризмом еще сто лет.
Вы собираетесь убить Бен Ладена, убить талибов, но вы
получите десятки новых бен ладенов и талибов.., если
не будете с большей справедливостью относиться к палестинцам».
Однако таких убедительных разъяснений оказалось явно
недостаточно. Тот же Т. Фридман 30 октября публикует
в «Нью- Йорк Таймс» еще более резкую по тону антисаудовскую
статью. 11 сентября, утверждает он, «мы узнали о Саудовской
Аравии ранее неведомое: она была главным источником
финансирования талибов; 15 террористов были молодыми
недовольными саудовцами; Саудовская Аравия разрешала
сбор средств в пользу Усамы Бен Ладена, так как он уже
давно не использовал деньги для нападок на режим». Т.
Фридман попутно обрушился и на образовательную систему
КСА, которая, по его мнению, используя телевидение и
Интернет, «требует от мусульман считать неверных своими
врагами».
Этот тезис был подхвачен другими американскими, а за
ними и мировыми СМИ. В подкрепление утверждений о якобы
порочности саудовского религиозного воспитания приводились
факты из биографии Бен Ладена. Будучи одним из членов
многочисленного (54 брата и сестры от 20 матерей) и
процветающего семейства, он в отличие от многих других
своих родственников не был направлен на учебу за границу
и получил образование в королевстве под патронажем короля
Фейсала.
При этом, как правило, умалчивался тот факт, что семья
осудила экстремистские взгляды Усамы, лишила его доли
в семейном многомиллиардном состоянии и фактически отреклась
от него, даже изменив графику написания своей фамилии
(Бенладен, а не, как было первоначально - бен Ладен),
чтобы исключить всякую ассоциацию с ним. Предпочитали
также не акцентировать факт лишения бен Ладена саудовского
подданства в 1994 г.
Популярный журнал «Нью-Йоркер» внес свою лепту в антисаудовскую
кампанию, опубликовав в своем октябрьском номере утверждения
о том, что «согласно данным электронного прослушивания,
осуществляемого Агентством национальной безопасности
США, саудовский режим с 1994 г. становится все более
коррумпированным, изолированным от населения и настолько
ослабленным и напуганным, что зараз платит за своё выживание
сотни миллионов долларов фундаменталистам, которые ему
угрожают». По утверждению журнала, с 1996 г. деньги
из КСА направлялись на помощь организации «Аль - Каида»
и другим экстремистским группировкам в Афганистане.
Начавшиеся в январе разговоры об удалении американских
военнослужащих из КСА были истолкованы в американской
прессе как «возможный шаг саудовского руководства навстречу
одному из главных требований У. Бен Ладена».
Такого саудовское руководство, обычно сдержанное относительно
нападок в западной прессе, стерпеть не могло. Вопреки
обыкновению оставлять ответные комментарии за местными
журналистами в полемику вступил сам наследник престола.
«Злобные наскоки западных СМИ на королевство, - заявил
принц Абдалла, - проистекают из застарелой ненависти
к Исламу и приверженности ему Саудовской Аравии. Мы
не приемлем любой шантаж, когда речь идёт о защите нашей
религии и нашей нации».
Резкие пассажи в американской прессе и других СМИ можно
было бы отнести к журналистским перехлестам, если бы
к колкостям в печати, которые саудовские официальные
лица характеризовали как «козни сионистского лобби»,
не прибавились официальные нотки. 12 октября американская
администрация опубликовала список 33 лиц, подозреваемых
в финансовой поддержке террористической деятельности.
В него был включен, несмотря на неоднократные энергичные
опровержения саудовских официальных лиц, известный бизнесмен
из Джидды Я. А. аль- Кады, а также пять других саудовских
подданных. Комментируя этот шаг, «Монд» отмечала нараставшее
в Вашингтоне неудовлетворение взаимодействием с Саудовской
Аравией по перекрытию каналов финансовой подпитки террористов.
Саудовцам в этой связи припоминали и их «вялое и неохотное»
сотрудничество со спецслужбами США в расследовании терактов
против американцев в 1995 г. в Эр-Рияде и на другой
год в Хобаре «из-за их чрезмерной чувствительности в
вопросах ограждения национального суверенитета от ущемления
иностранными спецслужбами».
Жаркие дебаты вокруг позиции арабских стран относительно
участия в антитеррористической борьбе развернулись 21
октября в американском сенате. «Саудовская Аравия, как
и Египет, и некоторые другие страны, - с угрозой заявил
республиканец Дж. Маккейн, - ведут двойную игру, которая
создаст им очень серьезные проблемы в долгосрочном плане».
Такой подход нашел поддержку у демократа Дж. Либермана,
потребовавшего от «всех стран, включая наших союзников,
в том числе Саудовскую Аравию и Египет, решить с нами
они или против нас».
Много шума вызвало сообщение о том, что 15 из 19 камикадзе,
совершивших авиатараны 11 сентября, получили американские
въездные визы в Саудовской Аравии. В США заговорили
о том, что королевство превратилось в "экспортера
террористов", что правящий саудовский режим для
ослабления давления во внутриполитической котле охотно
выпускал экстремистов за границу.
С другой стороны, по данным госдепартамента, в 2000/
2001 финансовом году лишь 3 % саудовцев было отказано
в выдаче визы, тогда как по другим странам этот показатель
достиг 25 %. Многие американские эксперты находили простое
объяснение таким разным подходам в сфере иммиграционной
политики. «В отличие, к примеру, от гватемальцев или
египтян, - отмечал один из них, - саудовцы не ездят
в США, чтобы просочиться в американскую экономику и
остаться на заработки».
В порядке ужесточения визовых процедур американские
власти стали требовать от саудовцев фотографироваться
на визы без традиционного головного убора - платка,
являющегося неотъемлемым предметом мужской одежды, который
в общественных местах и тем более на фотографиях снимать
весьма нежелательно.
Вскоре после 11 сентября в печати появились сообщения
о притеснениях, которым стали подвергаться подданные
королевства на территории США. Около сотни из них были
допрошены, а дюжина задержана. В ответ на это принц
Найеф предупредил, что, если преследование саудовцев
продолжится, королевство отзовёт своих подданных из
США.
На нервозную обстановку в американо - саудовских отношениях
чутко отреагировал частный капитал: уже к концу ноября
многие миллиарды арабских и прежде всего саудовских
инвестиций перекочевали из американских банков в европейские
или исламские. По мере нарастания трений в СМИ стал
активно муссироваться вопрос о будущем саудовского режима.
При этом всплыли любопытные подробности, проливающие
дополнительный свет на современные американо - саудовские
отношения и оттеняющие их непростой и во многом противоречивый
характер.
Так, стало известно, что после взрыва в Хобаре в 1996
г. ЦРУ сформировало специальную группу аналитиков, которой
было поручено определить степень стабильности королевского
режима и возможные последствия для национальных интересов
США в случае его падения. При этом использовались те
же критерии для оценки угроз этим интересам, которые
применяются в отношении России, Китая, Ирана, Ирака
и Северной Кореи. Главный упор был сделан на поиске
ответа на вопрос: может ли Америка потерять Саудовскую
Аравию как своего главного союзника в зоне Залива, как
это произошло в 1979 году с Ираном? Американские эксперты
пришли в то время к выводу, что Саудовская Аравия вряд
ли повторит судьбу Ирана.
После событий 11 сентября вопрос о стабильности саудовского
режима вновь стал дебатироваться в американских политических
и разведывательных кругах. Характерна в этой связи редакционная
статья, появившаяся в газете «Вашингтон пост» 13 ноября
и озаглавленная просто, но с претензией на прямолинейность
- «О Саудовской Аравии». Следуя духу заголовка, авторы
запросто раскрывают суть американо - саудовских отношений:
«Саудовские принцы знают, что их явная зависимость от
западной державы вызывает ярость воинствующих исламистов
внутри страны, но они чувствуют, что должны сохранить
военный альянс с Соединенными Штатами, чтобы обеспечить
собственную безопасность. В свою очередь США знают,
что поддержка коррумпированного и авторитарного саудовского
режима вредит их имиджу на Ближнем Востоке и превращает
их в мишень для террористов, однако они полагают, что
должны платить такую цену за стабильные поставки нефти
и надежные военные базы в регионе».
Интересна рекомендация, которую авторы дают администрации
Дж. Буша в сложившихся в мире после 11 сентября качественно
новых условиях. Отталкиваясь от официально провозглашенной
установки на долгую и многовекторную борьбу с международным
терроризмом, они советуют президенту «не потакать краткосрочным
озабоченностям саудовцев относительно Афганистана и
попыткам принца Абдаллы перевести стрелки на Израиль;
уже сейчас готовить шаги по обеспечению политических
свобод в Саудовской Аравии, Египте и по всему арабскому
миру». Любопытна и посылка для такого вывода: по мнению
газеты, «автократическая система Саудовской Аравии,
хотя и удобная для переговоров о поставках оружия и
нефти, сама по себе является одной из глубинных причин
исламского экстремизма».
Ещё проще (и добавим, фантастичнее) искоренение терроризма
видится сотруднику Иерусалимского университета и Фонда
Карнеги Ш. Авинери, который на страницах "Интернэшнл
Геральд Трибюн", на полном серьёзе рекомендовал
Америке «побудить саудовцев и кувейтян преодолеть свою
жадность и поделиться богатством с такими бедными арабскими
странами, как Египет и Сирия» для ликвидации социальной
напряженности в арабском мире, порождающей смертников
за исламскую идею. В подтверждение своей «новации» этот
«знаток Ближнего Востока» приводит мнение некого египетского
друга, который мечтательно полагает, что «соединение
саудовских денег с трудом 70 миллионов египтян превратило
бы АРЕ в Японию Ближнего Востока».
Справедливости ради отметим, что в накаленной послесентябрьской
атмосфере на страницы американской печати пробивались
и весьма трезвые и взвешенные статьи, в которых предпринимались
попытки докопаться до глубинных причин радикализации
ислама. Один из их авторов С. Мехью в своем комментарии,
красноречиво озаглавленном «Эксплуатация ислама в политических
целях оказалась разрушительной», основную вину за рост
экстремистских течений в современном исламском обществе
возложил на Запад и в первую очередь на США, которые
«стремились использовать исламистов в борьбе с коммунизмом
вместо того, чтобы большее внимание уделить модернизации
и демократизации мусульманских стран и приобщению их
к благам современной цивилизации и потребительского
общества».
Для того, чтобы несколько разрядить осложнившуюся обстановку
в отношениях с США, саудовское правительство 31 октября
отдало распоряжение о замораживании активов лиц и организаций,
подозреваемых в связях с террористами. Одновременно
Эр-Рияд запросил у Вашингтона конкретные доказательства
поступления средств в фонды террористов из Саудовской
Аравии.
В середине ноября наследный принц Абдалла был вынужден
публично подключиться к мероприятиям по притуплению
остроты критики проамериканской линии режима в событиях
вокруг Афганистана. Он обратился к религиозным деятелям
с призывом снизить накал их проповедей, чтобы не ставить
королевство в затруднительное положение и не усиливать
антимусульманские настроения в мире после сентябрьских
событий в США. Как сообщила газета «Эрэб ньюс» 15 ноября,
на встрече с главными мусульманскими руководителями
страны он заявил: «Мы - умеренная нация и в религиозных
делах не нужно перебарщивать. Вы сейчас являетесь мишенью
для тех, кто против Ислама. Прошу вас не поддаваться
эмоциям или подстрекательству со стороны кого бы то
ни было». Присутствовавший на встрече шейх С. М. аль-Лухейдан
ответил на этот призыв следующим верноподданническим,
по- восточному витиеватым и одновременно двусмысленным
образом: «Наш долг перед нашими руководителями состоит
в том, чтобы слушать их и повиноваться в тех пределах,
которые установлены для нас Аллахом, и сдерживать свой
язык за исключением того, что приносит пользу нашей
стране и исламской нации».
В таком же сглаживающим тоне были выдержаны высказывания
принца Фейсала относительно судьбы тысяч «арабских афганцев»
- муджахедов, прибывших в Афганистан из Саудовской Аравии
и других арабских стран. «Они - наши сыновья и мы примем
их, - заявил он в начале декабря, реагируя на сообщения
о массовых казнях талибов и их подручных в Афганистане.
- Те, кто совершил преступления, будут наказаны, но
мы несем за этих людей ответственность». Его поддержал
принц Султан: «Мы надеемся, что все люди арабского и
исламского происхождения смогут вернуться к себе на
родину. Этот вопрос контролируется ООН и мы верим, что
права человека будут учитываться».
Озабоченность саудовского руководства судьбой захваченных
в плен в ходе антитеррористической операции в Афганистане
боевиков приобрела дополнительное конфликтное звучание
в общем контексте саудовско- американских отношений
после депортации части из них ( в том числе около сотни
саудовцев) за многие тысячи километров на американскую
базу Гуантанамо (о. Куба) и по мере нарастания в мире
непонимания и неприятия этой произвольной акции американцев.
Ещё больше настороженности в двусторонние отношения
добавило в конце января текущего года выдержанное в
нарочито воинственных тонах ежегодное послание президента
США конгрессу "О положении страны", в котором
ближайшие соседи королевства - Ирак и Иран (с ним саудовцы
в 2001 г. подписали договор о безопасности) были названы
в качестве пособников международного терроризма, а,
следовательно, и потенциальных мишеней для американских
ударов, так как война против терроризма, по словам американского
президента, «только начинается».
Для выправления отношений со своим главным союзником
на Ближнем Востоке США и их западные партнеры предприняли
ряд демонстративных шагов. Этим целям, в частности,
послужил визит в Эр-Рияд в конце октября министра иностранных
дел Франции Ю. Ведрина. Выступая по итогам переговоров,
его саудовский коллега, принц С. аль-Фейсал иронично
отозвался о «домыслах прессы относительно финансирования
из Саудовской Аравии террористических организаций».
Принц твердо заявил: «Ответственные государственные
деятели, такие как Ю. Ведрин, знают, что мы делали и
будем делать все возможное для перекрытия подобных каналов».
«Саудовские руководители, - вторил ему французский
министр, - подтвердили мне решимость своей страны противодействовать
терроризму по всем направлениям, в том числе, естественно,
и в финансовой сфере. Они полагают, что эти вопросы
интересуют многие другие страны и должны решаться глобальными
усилиями под эгидой ООН, что я, разумеется, поддерживаю».
Комментируя итоги визита, мировая печать справедливо
отмечала, что в саудовском понимании «глобальные усилия»
по борьбе с терроризмом означают прежде всего усилия
по решению арабо-израильского конфликта.
Саудовцы также использовали визит для того, чтобы снять
раздражение американцев». Мы считаем, - заявил принц
С. аль- Фейсал, - что наши исторические отношения с
Соединенными Штатами прочны и базируются на солидной
основе. Вероятно, так будет и впредь». Вслед за Ю. Ведрином
в Эр-Рияд все же прибыл Т. Блэр. «От нас хотят, - заявил
он в успокаивающем тоне после встречи с королем Фахдом,
- чтобы мы в ходе антитеррористической операции свели
к минимуму жертвы среди мирного населения и мы делаем
это».
Саудовский посол в Лондоне, комментируя итоги визита,
высказался более определенно, заявив о том, что «Саудовская
Аравия и Великобритания хотели бы, чтобы война в Афганистане
завершилась как можно скорее».
В первой декаде ноября Вашингтон посетил принц Фейсал,
продолживший работу по санации двусторонних отношений.
На вопрос журналистов о содействии Саудовской Аравии
антитеррористической борьбе, принц ответил весьма уклончиво:
«Мы - невоенная страна. Но во всех других аспектах мы
вовлечены весьма глубоко... Каждый должен делать то,
что у него получается лучше всего». И тут же он повторил
прежний тезис о необходимости для США предпринять новые
миротворческие усилия в сфере ближневосточного урегулирования,
дабы снизить накал антиамериканских настроений и выбить
почву из-под террористов.
«Вспомните, - отметил принц в беседе с журналистами,
- ещё 10 лет назад саудовцы называли своих сыновей Бушами
в честь американского президента и 90 % населения поддерживали
американское присутствие в королевстве. Что изменилось
с той поры? Удары израильтян, которые каждодневно демонстрируются
на экранах телевизоров, ассоциируются с участием Соединенных
Штатов и их предвзятым благорасположением к Израилю.
Это привело к эрозии отношения саудовской общественности
к США».
По образной и несколько, на наш взгляд, преувеличенной
оценке известного журналиста - ближневосточника Дж.
Хогланда, визит принца Фейсала, возможно, «остановил
часовой механизм в бомбе, заложенной под американо -
саудовские отношения, но его стрелки всё ещё показывают
без пяти двенадцать».
Стрелки были несколько отведены назад выступлением
президента Дж. Буша на Генеральной Ассамблее ООН 10
ноября 2001 г., в котором он впервые упомянул о праве
палестинцев на собственное государство. Такое нововведение
в политическом лексиконе американских президентов было
с оптимизмом и надеждой воспринято в Саудовской Аравии,
как и в других арабских странах. Однако начавшаяся в
декабре полоса насилия на оккупированных территориях
и в Израиле в очередной раз опрокинула эти ожидания.
В конце января, когда израильские власти фактически
посадили Я.Арафата под домашний арест, а президент Дж.Буш
обвинил его в пособничестве терроризму, руководство
королевства сочло необходимым выступить в его защиту.
Глава саудовской разведки принц Наваф охарактеризовал
палестинского лидера как «человека мира» и предупредил,
что «любой шаг Соединенных Штатов по его ослаблению
разрушит перспективы мирного урегулирования на Ближнем
Востоке и будет иметь серьёзные последствия для королевства».
В ещё более нажимном тоне тогда же высказался в интервью
американским журналистам наследный принц Абдалла. Высоко
оценив уровень многолетних отношений королевства с США,
он прямо заявил о том, что «в нынешних обстоятельствах
нам очень трудно защищать Америку». Затем последовал
целый град упреков в адрес Вашингтона, произраильская
политика которого, по оценке саудовцев, плодит террористов.
«Мы видим, - эмоционально воскликнул престолонаследник,-
как стреляют в детей и разрушают здания, вырывают с
корнем деревья и подвергают людей осаде, как блокируются
целые районы и убивают женщин, а на пропускных пунктах
на свет появляются мертворожденные дети... Вот почему,-
поучительно закончил он свою гневную тираду в адрес
американцев, - люди становятся бомбистами- самоубийцами.
Соединенные Штаты должны прислушаться к голосу совести
и осудить угнетение и унижение целого / палестинского
- А.В./ народа».
Перипетии американо- саудовских отношений в контексте
новых задач по борьбе с международным терроризмом, повышенное
внимание в этой связи зарубежных политиков и мировых
СМИ к королевству имели и ещё один во многом неожиданный
внутриполитический эффект. Они высветили глубинный и
судьбоносный для королевства вопрос о будущем правящего
режима и задачах политической модернизации страны. Дело
дошло до того, что саудовские технократы в лице того
же принца Таляля хотя и робко, но в открытую заговорили
о желательности беспрецедентного шага- проведения выборов
(разумеется, только мужчинами) Консультативного совета-
Шуры, члены которого (120 человек) до сих пор назначаются
королевским указом. Обосновывая целесообразность такой
либерализации режима, принц отметил: «Если люди будут
говорить свободнее и глубже втянутся в политический
процесс, их можно будет реально сдерживать и сделать
их частью этого процесса».
Такой подход отразил мнение неуклонно и закономерно
растущей прослойки саудовских либералов из числа бизнесменов
и технократов о том, что весомая доля саудовцев среди
исполнителей акций 11 сентября во многом объясняется
закрытостью политической системы королевства, оставляющей
мало отдушин для выражения и сопоставления политических
взглядов и ведущей к накоплению взрывоопасного потенциала
инакомыслия и радикализма.
* * *
Таким образом, американские удары по Афганистану поставили
саудовское руководство в непростое положение внутри
страны и за её пределами. Для того чтобы выйти из него
с наименьшими потерями, оно продолжило прежнюю, испытанную
временем политику балансирования между Востоком и Западом,
позволяющую сохранять внутреннюю стабильность и международный
престиж королевства.
Обосновывая подобный курс, министерство информации
КСА в пресс- релизе по случаю 20- летия воцарения короля
Фахда (ноябрь 2001 г.) отмечало: «Первостепенной заботой
короля Фахда как лидера стало поддержание безопасности
и стабильности в стране... Достижение этих целей не
всегда проходило гладко. Потребности модернизации время
от времени неизбежно создавали напряженность в консервативном
обществе. Поддержание баланса между теми, кто хотел
бы модернизации как можно скорее, и теми, кто опасался,
что она создаст угрозу уникальной природе королевства,
потребовало высокого мастерства».
Анализируя американо- саудовские отношения с "вашингтонской
колокольни", с достаточной долей прогностической
уверенности можно полагать, что они и в дальнейшем будут
развиваться по линии далекой от прямой, учитывая различную
социально- политическую природу правящих в США и КСА
режимов и глубинные расхождения в подходах к региональным
проблемам и прежде всего к задаче ближневосточного урегулирования.
«Америка, - как верно подметил уже известный нам Т.
Фридман, - победила в войне в Афганистане, но она не
завоевала сердца и умы арабо-исламского мира. Культурно-политический
и психологический разрыв с ней стал ещё шире».
Тем не менее, главный вектор движущих сил американо
- саудовских отношений, на наш взгляд, будет по-прежнему
определяться стратегической общностью интересов Вашингтона
и Эр-Рияда, которая не только сохранится, но и расширится
за счет сотрудничества в борьбе с угрозой распространения
конфессионального радикализма и терроризма, коренящегося
в неразрешимых в обозримом будущем проблемах социально-
экономического и политического развития народов, не
входящих в «золотой миллиард» человечества.
Александр Вавилов
доктор исторических наук, профессор
