Научное познание, как известно, не может быть объективным без опоры на надлежащую методологию. Поэтому проблемы методологии занимают в науке весьма важное место. Имеет, разумеется, большое значение методология и для теоретических исследований в области права.
К сожалению, между разными авторами пока нет единства в решении целого ряда методологических проблем общей теории права (теории государства и права, теории права и государства). Причем по этим проблемам существует очень широкий спектр мнений. В центре идущей между исследователями полемики находятся следующие основные вопросы: Что следует понимать под методологией общей теории права? Как она соотносится с методом (методами) теоретического познания права? Из каких элементов эта методология состоит? Каковы связи между данной методологией и иными (помимо общей теории права) юридическими науками, а также практической деятельностью?
Проанализируем суждения, высказываемые по этим вопросам в литературе, а также изложим свое видение путей их решения.
Что касается проблемы понятия методологии общей теории права, то здесь сначала уместно будет вспомнить об этимологии (проис-хождении) слова "методология". Это слово, если проанализировать его исторические корни, производно от греческих слов "methodos" и "logos". "Methodos" у древних греков - это "путь, исследование, прослеживание"1. "Logos" же понимался ими как "понятие; мысль, разум"2. Учитывая это, некоторые авторы считают, что методология общей теории права является теорией метода (методов) теоретического познания права (учением о методе (методах) такого познания права). Так, В. М. Сырых пишет: "Методология в точном значении этого слова представляет собой учение о методах, особую науку, ставящую своей непосредственной задачей разработку и совершенствование системы приемов, способов научного познания. Ибо "логос" не может быть не чем иным, как учением, мыслью, понятием"3. Сами же методы общей теории права находятся, по мнению В. М. Сырых, вне ее методологии. Поэтому, как он утверждает, "необходимо четко и последовательно различать такие качественно различные компоненты науки, как метод и методология"4.
Другие же ученые фактически отождествляют методологию общей теории права с методом (методами) этой науки. Например, М. Н. Марченко пишет: "Методология теории государства и права представляет собой систему особых приемов, принципов и способов изучения общих закономерностей возникновения, становления и развития государственно-правовых явлений"5.
Поскольку понятие методологии общей теории права очень тесно соприкасается с понятием ее метода (методов), то прежде чем дать свою оценку приведенным суждениям необходимо сначала выяснить, а что, собственно, следует понимать под методом научного познания.
В философской литературе метод познания обычно определяется как путь, способ, орудие, средство познания. За каждым конкретным методом стоят определенные приемы, принципы, правила познания. А. П. Шептулин, в частности, определяет метод познания как "систему правил (требований), сформулированных на основе знания закономерностей исследуемой области действительности и ориентирующей человека в его познавательной деятельности"6.
Примерно также трактуется метод познания и в общей теории права. Нужно только заметить, что, раскрывая содержание понятия метода познания, исследователи используют при этом самую разнообразную терминологию. Это и указанные выше термины, и ряд других. Причем далеко не все авторы понимают используемые ими термины одинаково. Обилие терминов, при помощи которых раскрывается содержание понятия метода познания, а также их неодинаковое восприятие разными учеными, конечно же, не способствует единству в трактовке данного понятия в юридической науке и практике, что представляется необходимым. Поэтому нужны более строгий отбор научной терминологии при характеристике понятия метода познания в общей теории права и единообразное понимание всех используемых при этом терминов.
Изложим свое представление о методе (методах) общей теории права, а также свое понимание используемой для раскрытия его содержания терминологии.
Под методом общей теории права в данной статье понимается действие или система действий, направленных на теоретическое познание права. Необходимость их совершения вытекает из выработанных наукой приемов познания, за каждым из которых стоят определенные принципы и правила познания.
Далее раскроем содержание понятий приемов, принципов и правил познания.
Приемы познания, по нашему мнению, необходимо понимать как отдельные действия, направленные на решение научно-исследова-тельских задач. Принципы (максимы, установки, подходы, пути) познания - это исходные положения теории метода (методов) познания, которые требуют от познающего субъекта совершения определенных действий. Правила же познания представляют собой некие нормативы, устанавливающие порядок проведения научных исследований. Эти правила тоже призывают ученого к осуществлению тех или иных исследовательских процедур. За каждым конкретным методом познания стоит своя совокупность приемов познания и составляющих их содержание принципов и правил познания.
Рассуждая о методах научного познания, нельзя не ответить на вопрос о том, какой характер они носят. Разные авторы дают на него неодинаковые ответы. Одни ученые считают, что "методы существуют объективно"7. Другие же исследователи склонны полагать, что "метод не существует в объективной действительности сам по себе, он результат творческой деятельности человека"8. Вторая точка зрения кажется нам более предпочтительной. Нужно только давать себе отчет в том, что, являясь порождением субъекта познания (субъективным явлением), метод познания должен опираться на объективное основание (на уже познанные человеком закономерности объекта познания). Отсюда и использование в философской литературе понятия "правильности" научного метода9. "Правильными" признаются только такие методы познания, которые базируются на познанных объективных закономерностях. Только "правильные" методы могут привести к истинным знаниям.
Другой вопрос, который требует своего ответа при рассмотрении понятия метода познания применительно к общей теории права, это вопрос о том, о чем здесь нужно говорить, о методе теоретического познания права или о его методах. Большинство исследователей считает, что правильнее говорить о методе исследования10. Однако отдельные авторы предпочитают рассуждать не о методе, а о методах общей теории права11.
Проанализируем вначале первую из этих точек зрения. Ее сторонник В. М. Сырых утверждает, что "отказ от использования понятия "метод общей теории права" и его замена понятием "методы познания права", которые допускают отдельные российские правоведы, являются неправомерными и влекут за собой упрощенное понимание сложной связи и зависимости методов в процессе познания. Подобный взгляд на метод общей теории права означает, что он не составляет единого, органически целостного образования, а носит суммативный характер, представляет собой механическое соединение не связанных между собой приемов, способов познания права"12.
Действительно, в рассуждениях о том, что метод общей теории права есть целостное образование, а поэтому нужно говорить не о методах, а методе теоретического познания права как системе отдельных методов познания есть определенный резон. Ведь в науке используется не какой-то случайный набор методов познания, а их стройная система. Однако имеет свои достоинства, по нашему мнению, и другая позиция. Причем она нам кажется более правильной. И вот почему. Высказываемые В. М. Сырых и его сторонниками опасения относительно негативных последствий использования понятия "методы познания права" вместо понятия "метод общей теории права" представляются несколько преувеличенными. Гораздо опаснее, на наш взгляд, трактовка метода познания как целостного образования. Это, как свидетельствует практика, нередко приводит к навязыванию субъектам познания определенной методологической направленности в их исследованиях. В условиях же деиделогизации научного знания это вряд ли допустимо. Исследователю должна быть предоставлена возможность самому определить ту сумму методов познания, которую он будет использовать в процессе своих научных изысканий. Конечно, эта сумма не должна представлять собой какой-то механический набор методов познания. Тогда она может привести ученого к ложным научным выводам. Поэтому последний должен определенным образом систематизировать свои методологические пристрастия и ориентироваться на стройную систему таких методов. Однако последнее слово в определении этой системы должно принадлежать все-таки ему. И не беда, если его воззрения на систему методов познания в чем-то разойдутся с общепризнанными представлениями. Как нередко бывает в науке, общепризнанное далеко не всегда оказывается правильным. Для нашей же науки, которая, наверно, еще довольно длительное время не сможет освободиться от наследия прошлого, признание за ученым права иметь свою собственную методологию является особенно важным (разумеется, если эта методология не есть результат поверхностного знакомства ученого с соответствующими научными исследованиями, а базируется на достаточно глубоких научных знаниях, ведущих его к определенной системе методов познания, которыми он намерен руководствоваться в своей научной деятельности). Поэтому вторая точка зрения и представляется нам более предпочтительной.
Теперь, раскрыв понятие метода (методов) общей теории права, можно высказать свое отношение к разным пониманиям методологии данной науки, а также сформулировать свою позицию по рассматриваемому вопросу. С одной стороны, мы солидарны с теми исследователями, которые исходят из того, что методология общей теории права является теорией (или учением) метода (методов) теоретического познания права. Однако, с другой стороны, нельзя согласиться с ними в том, что методология и метод (методы) познания представляют собой разнопорядковые понятия. По нашему мнению, это понятия одного ряда. Вместе с тем все же они не являются тождественными понятиями. Понятие методологии шире понятия метода (методов) познания. Это обусловлено тем, что методология общей теории права как определенная область научного знания не сводится только к методу (методам) теоретического познания права. Метод (методы) познания составляет лишь сердцевину (центральную часть) этой методологии, тот конечный результат, который получен в ходе соответствующих научных изысканий, нашел свое признание в научной среде, а значит пригоден для практического применения. Другую же ее часть (причем, пожалуй, более значительную по объему) составляют разного рода эмпирические знания, не устоявшиеся теоретические положения, научные предположения, обоснования и объяснения уже признанных методов познания и т. п., без чего любая теория не может существовать и успешно развиваться.
В связи с рассматриваемой проблемой нужно обратить внимание на то, что некоторые теоретики права, размышляя о познавательных средствах общей теории права, относят к ним помимо собственно методов познания еще и научные понятия, а также познанные данной наукой объективные закономерности, признавая их, по сути дела, специфическими методами познания13. Выражая свое отношение к данному суждению, необходимо сказать, что как научные понятия общей теории права, так и познанные ею закономерности имеют, безусловно, большое методологическое значение. Ведь научные исследования осуществляются на основе этих понятий и закономерностей. Однако вряд ли правомерно считать их своеобразными методами познания и включать в научную методологию. Все-таки методы познания выступают в качестве тех средств, которые непосредственно используются в научном процессе. Причем они специально приспособлены для совершения тех или иных научных операций с целью получения новых знаний или упорядочения уже полученных. Научные же понятия и познанные наукой закономерности влияют на научное познание опосредованно (через методы познания, которые вырабатываются субъектами познания именно на их основе). Они уже являются не промежуточным (как методы познания), а тем конечным результатом научных исследований, ради получения которого и существует наука с ее методологией и разными методами познания.
Теперь ответим на вопрос о том, как связана методология общей теории права с иными юридическими науками и практической деятельностью.
Что касается связи методологии общей теории права с другими юридическими науками, то, исследуя эти связи, необходимо прежде всего указать на то, что, имея в виду методологию вообще, мы разделяем точку зрения, согласно которой единой для всех наук методологии не существует. Каждая конкретная наука имеет свою собственную методологию. Такого мнения придерживается, например, А. П. Шептулин. Для него "методология не представляет собой единой, целостной науки, а расчленяется на отдельные виды и разновидности в зависимости от того, какие - всеобщие, общенаучные или частные - методы она разрабатывает и какую конкретную науку обслуживает"14. "Поскольку каждая наука имеет свой особый предмет, - пишет он, - она неизбежно создает свой метод исследования, в требованиях которого отражается специфика ее предмета, а значит и свою методологию"15. Эту методологию А. П. Шептулин называет частнонаучной методологией. "Она, - утверждает он, - имеет разновидности соответственно каждой отдельной конкретной науке. Решая методологические проблемы применительно к данной науке, частнонаучная методология органически входит в содержание этой науки и разрабатывается представителями данной области знания"16.
Мнение А. П. Шептулина в целом представляется нам вполне обоснованным. Применив высказанные им суждения к общей теории права, необходимо подчеркнуть, что последняя имеет свою собственную методологию, которая включает в себя общие для всех наук методологические разработки философской науки, представляющие интерес для общей теории права методологические положения иных (помимо философии) неюридических наук, а также результаты собственных методологических изысканий. Причем то, что воспринято от философской науки и других неюридических наук, определенным образом приспособлено в данной методологии к области юридического знания. Эта методология является специфической составной частью (разделом) общей теории права, т. е. составляет с ней неразрывное целое.
Являясь составной частью общей теории права, ее методология одновременно представляет собой и методологию всех других юридических наук. Таким образом, существует единая методология правоведения. Поэтому не случайно некоторые авторы пишут об юридическом методе как специфическом общенаучном методе юридической науки17. То обстоятельство, что каждая отдельная юридическая наука имеет свой предмет исследования, не повлекло, как мы видим, вопреки приведенному выше суждению А. П. Шептулина, к формированию у них своих собственных методологий. И это вполне логично. Все юридические науки имеют один объект исследования - право с его связями с государством и другими явлениями общественной жизни. Причем этот объект исследуется этими науками под одним (юридическим) углом зрения. Наличие же у каждой юридической науки своего собственного предмета познания влечет только востребованность из общей методологии правоведения нужных именно ей методов познания права.
Далее коснемся проблемы связей методологии общей теории права с практической деятельностью. В литературе имеет распространение суждение, что "теоретическое познание права составляет прерогативу юридической науки и требует применения особых, неизвестных и ненужных для предметно-практической деятельности методов"18. Согласиться с этим суждением мы не можем. Более правильным нам представляется мнение тех авторов, которые воспринимают методологию правоведения одновременно и как методологию юридической науки, и как методологию практической деятельности19.
Дадим обоснование отстаиваемой нами позиции. Прежде всего укажем на то, что ее противники противопоставляют, по сути дела, методы научного познания права методам практической деятельности, проводят некую границу между теми и другими. На самом же деле такая граница вряд ли существует. Вообще, если говорить по большому счету, практическая деятельность (особенно, если иметь в виду сложную, многогранную деятельность) в известной мере является логическим продолжением научной деятельности. Ведь многие методы, используемые в последней, применяются и в практической деятельности. Причем одни научные методы используются на практике непосредственно. Другие же подобные методы приспосабливаются для практических нужд. Так, в частности, едиными для науки и практики являются методы формальной логики, диалектический метод. Такие же методы, как, например, системный и сравнительный методы уже используются в практической деятельности в несколько адаптированном к этой области виде.
Что касается деятельности, связанной с толкованием права для его реализации, то она вообще составляет с соответствующей научной деятельностью неразрывное целое. Как в ходе научного толкования права, так и в ходе толкования права с целью его практического использования применяются одни и те же способы толкования права. Даже убежденный сторонник различения методов научного познания права и методов практической деятельности В. М. Сы-рых включил эти способы, называя их методами теории права, в арсенал методов эмпирического познания объекта общей теории права20.
Правда, справедливости ради нужно все-таки сказать, что специфика практической деятельности ведет к необходимости выработки уже сугубо утилитарных (прикладных, узкопрактических) методик (приемов, правил, технологий и т. п.), используемых для достижения тех или иных практических результатов. Такого рода методологические разработки (например, приемы правотворческой деятельности) в методологию общей теории права уже, как мы считаем, не входят (являясь, однако, элементом этой теории (так сложилось, что целый ряд сугубо практических проблем правоведения от общей теории права не отпочковался и разрабатывается в ее рамках). Тем не менее и они в конечном итоге всегда основываются на тех или иных методах научного познания права.
Нужно обратить внимание на то, что вопрос о месте такого рода методик в общей теории права, по нашему мнению, не изучен, как не изучен должным образом и вопрос о соотношении методологии общей теории права с этими методиками. Избранный же некоторыми исследователями путь противопоставления методов научного познания права и методов практической деятельности для решения этих вопросов, как мы считаем, вряд ли приемлем.
Подытоживая все сказанное о методологии общей теории права, дадим свои краткие ответы на обсуждаемые в литературе и сформулированнные выше вопросы. Прежде всего необходимо подчеркнуть, что методология общей теории права представляет собой специфическую составную часть этой теории. Центральным элементом этой методологии является совокупность методов теоретического познания права. Причем методология общей теории права одновременно является и методологией всех других юридических наук, и методологией практической деятельности.
Теперь назовем те конкретные методы, которые используются общей теорией права и применяются в юридической практике.
Известны различные классификации методов общей теории права. Причем между учеными имеются серьезные разногласия в понимании тех или иных видов ее методов. Это, естественно, затрудняет их использование в научных исследованиях по общей теории права и в юридической практике.
В зависимости от сферы (или широты) их применения обычно выделяются всеобщий диалектико-материалистический метод, общие, специальные и частные методы21. При этом диалектико-материалистический (или просто диалектический) метод трактуется как универсальный метод, который "распространяется на все без исключения конкретные науки и на все этапы или стадии процесса познания"22. Некоторые исследователи, правда, не считают диалектико-материалистический метод каким-то особым методом и относят его к разряду общих методов23. Нужно также заметить, что ряд авторов пишет не о диалектическом, а о философском методе, содержание которого составляют всеобщие принципы познания. Эти принципы зависят от философской позиции того или иного автора24.
Общие (или общенаучные) методы используются, по мнению сторонников рассматриваемой нами классификации, во всех науках или в большинстве из них. Эти методы сводятся ими главным образом к методам формальной логики. Специальные же методы для них - это методы, которые разрабатываются отдельными науками и используются в других науках, в том числе и в правоведении. Наконец, частные (или частнонаучные) методы представляют собой уже, по их утверждению, методы, вырабатываемые юридической наукой. Отдельные авторы, однако, понимают специальные и частные методы не так. А. Ф. Черданцев, например, считает, что частнонаучные методы свойственны некоторой группе наук, а специальные методы присущи одной конкретной науке25.
В другой классификации методов научного познания, в классификации по их уровню, различаются методы высшего, среднего и низшего уровней познания. Методы, относящиеся к высшему уровню познания, в этой классификации отражают общие принципы познания в целом, задают научным исследованиям определенную направленность, обеспечивают их концептуальную определенность. Их совокупность именуется парадигмой. Те же методы, которые включаются в средний уровень познания, носят междисциплинарный характер и используются всеми науками для изучения однотипных объектов. Они составляют группу общенаучных методов. Наконец, методы, относящиеся к низшему уровню, являются частнонаучными методами, непосредственно ведущими к получению конкретных знаний26.
В науке известна и такая классификация методов познания, в которой эти методы тоже подразделяются на виды в зависимости от уровня познания. Однако уровни познания понимаются в ней уже иначе. В этой классификации различаются эмпирический и теоретический уровни познания27. На эмпирическом уровне при помощи таких методов, как, например, наблюдение, сравнение, измерение, описание, эксперимент изучается внешняя сторона явлений. Такое познание осуществляется при помощи органов чувств человека. На теоретическом же уровне исследования совершается проникновение в суть явлений. Здесь уже ученый имеет дело с научными абстракциями. Такое познание возможно, например, благодаря такому методу, как метод системного анализа. Соответственно в данной классификации выделяется эмпирическое и теоретическое познание.
Дадим свою оценку рассмотренным классификациям методов научного познания. Что касается последней из них, то она общепризнанна в науке и не вызывает с нашей стороны никаких возражений. Одноименная же с ней классификация, в которой различаются высший, средний и низший уровни познания, кажется нам неприемлемой. Это вызвано тем, что, различая высший, средний и низший уровни познания, сторонники данной классификации тем самым вольно или невольно ставят разные методы познания в неравное положение. При использовании этой классификации может создаться такое представление, что методы, которые относятся к низшему уровню познания, являются какими-то менее важными методами. Напротив, методы, включаемые в его высший уровень, представляют собой уже самые главные методы познания. На самом деле в науке не может быть более значимых и менее значимых методов познания. Все научные методы в равной степени важны.
Теперь проанализируем последнюю из описанных нами выше классификаций (по широте использования методов познания). И в этой классификации не все кажется нам приемлемым. Прежде всего вызывает возражение включение сторонниками данной классификации в общий ряд научных методов методов формальной логики (в дальнейшем общелогических методов). Ведь эти методы присущи человеческому познанию в целом. В отличие от научных методов, которые все-таки являются продуктом человеческой деятельности (изобретением ученых), данные методы никто не создавал. Их применение естественно для каждого человека. Они основываются на открытых еще знаменитым древнегреческим мыслителем Аристотелем законах человеческого мышления, получивших в его трудах свое научное описание. На этих методах "строится как научное, так и обыденное знание"28. Научные же методы используются главным образом в научном познании. Поэтому мы склонны различать общелогические и научные методы познания.
Что касается общелогических методов познания, то в общей теории права используются такие методы данного вида, как анализ и синтез, абстрагирование и обобщение, индукция и дедукция, аналогия и моделирование и др. Причем все те научные методы, которые используются в правоведении, созданы на базе именно этих методов. Более того, при использовании в науке и на практике научных методов познания всегда параллельно применяются (причем чаще всего неосознанно, автоматически) и общелогические методы познания.
Продолжая анализ рассматриваемой нами классификации методов познания, необходимо сказать следующее. Нельзя согласиться с теми ее сторонниками, которые, выделяя всеобщий диалектический метод, склонны считать его особым и самым главным методом познания. Такой взгляд на данный метод унаследован нашей наукой от науки советского периода, в которой утверждалось, что "не подлежит сомнению, что метод материалистической диалектики как единственно научный всеобщий метод познания лежит в основе изучения таких сложнейших общественных явлений, как государство, демократия, право"29. Современная наука не допускает возможности существования в общественных науках непререкаемых истин. Поэтому не случайно приоритет и даже научная состоятельность всеобщего метода материалистической диалектики подвергаются отдельными исследователями сомнению.
Наиболее резкие возражения против данного метода находим мы у А. Б. Венгерова. Его не устраивало противопоставление в советской юридической науке рассматриваемого метода другим методам. Это, по мнению А. Б. Венгерова, "лишало теорию государства и права знаний реальных государственно-правовых явлений и процессов, придавало ей схоластический, умозрительный характер, снижало научную обоснованность ее рекомендаций"30. Более того, А. Б. Венгеров был склонен считать, что, "по-видимому, материалистическая диалектика с ее приматом необходимого над случайным и другими постулатами под напором новых знаний конца XX века и нового исторического опыта исчерпала в основном свой познавательный и прогностический потенциал, по крайней мере в социальной сфере"31. По убеждению А. Б. Венгерова, на смену диалектико-материалистическим воззрениям придет синергетика - "наука о самоорганизующихся, случайностных процессах"32. Она, как утверждал А. Б. Венгеров, "либо будет включать диалектику как частный метод синергетики - и то лишь для некоторых областей, - либо вообще заменит ее принципиально новыми подходами к действительности"33.
Не подвергая суждения А. Б. Венгерова о диалектико-материалистическом методе познания обстоятельному анализу, заметим только, что мы солидарны с ним в том, что данный метод (равно, как мы считаем, и любой другой метод) не может быть противопоставлен иным методам научного познания. Он занимает в ряду этих методов равное с другими методами положение.
Теперь изложим свое видение классификации методов научного познания по сфере их применения. На наш взгляд, в ней следует выделять общие и частные методы.
Общие методы главным образом вырабатываются философской наукой. Однако, по-видимому, возможны случаи, когда такой статус приобретают методы, выработанные иными науками. Так, например, в ходе математизации науки самое широкое распространение (особенно в самой математике, а также в логике и лингвистике) получил такой метод познания, как формализация, что, наверно, дает основание считать его общим методом. Вообще, как нам представляется, к общим методам нужно относить такие методы, которые применяются во всех или многих науках.
Частные методы разрабатываются отдельными науками. Применяются же они в какой-то одной науке или в группе наук. В правоведении используются как частные методы неюридических наук, так и частные методы, выработанные юридической наукой.
Различаемые многими исследователями специальные методы познания мы не выделяем в самостоятельный вид методов. Относимые к ним методы, как мы думаем, охватываются частными методами.
Теперь назовем те конкретные методы научного познания, которые прежде всего используются в юридической науке и соответственно могут быть применены в юридической практике.
Из общих методов научного познания в правоведении широко используются такие методы, как диалектический, логический, исторический, системный, сравнительный и прогностический методы, методы восхождения от конкретного к абстрактному и восхождения от абстрактного к конкретному, а также метод формализации.
Диалектический метод требует изучать действительность в ее противоречивости, целостности и развитии. При использовании логического метода объект познания расматривается без учета всех исторических случайностей, отдельных фактов, особенностей, вызванных конкретно-исторической обстановкой. Напротив, при помощи исторического метода объективная действительность познается уже такой, какая она есть на самом деле со всеми ее закономерными и случайными проявлениями. Посредством системного (или системно-структурного) метода устанавливается внутреннее строение (структура) той или иной системы, место в ней каждого структурного элемента, а также выявляются связи между ними. Сравнительный метод основывается на сопоставлении различных систем, явлений и т. п. с целью выявления их сходства и различия. Прогностический же метод обеспечивает познание перспектив развития познаваемого явления.
Что касается метода восхождения от конкретного к абстрактному, то благодаря этому методу создаются научные абстракции. Эти абстракции отражают закономерности предмета той или иной науки, а также позволяют сформировать ее понятийный аппарат. При использовании метода восхождения от абстрактного к конкретному наблюдается уже обратный процесс. Опираясь на познанные закономерности и научные понятия, ученый через их призму рассматривает конкретное (т. е. реально существующее, осязаемое). В результате этого уточняются познанные ранее закономерности и выработанные понятия и, как следствие этого, создаются новые научные абстракции. Наконец, метод формализации заключается в выработке определенной знаковой системы, отражающей содержательную сторону изучаемого предмета. Это позволяет глубже изучить закодированные (зашифрованные) при помощи этой системы явления.
Как нетрудно увидеть, применяемые в юриспруденции общие методы научного познания нередко находят свою дальнейшую конкретизацию и развитие в частных методах познания, а также в тех методиках (технологиях), которые используются в ходе практической деятельности. Так, например, системный метод лежит в основе такого способа толкования права, как систематический способ. Таким образом, эти методы могут применяться в правоведении как непосредственно, так и через выработанные уже юридической наукой специальные методы познания и методики (технологии) осуществления той или иной юридической деятельности.
Теперь назовем частные методы познания, используемые в правоведении. Из частных методов неюридических наук это конкретно-социологический, психологический (социально-психологический), кибернетический, математический, статистический методы и ряд других методов. За каждым из них стоят свои приемы (принципы и правила) познания права и связаных с ним явлений общественной жизни. В рамках конкретно-социологического метода применяются, например, такие приемы, как анкетирование, интервьюирование и др.
К частным методам юридической науки относятся прежде всего такие методы, как технико-юридический (или формально-юридический) и сравнительно-правовой методы. Технико-юридический метод заключается "в интерпретации правовых документов, формально-юридическом анализе догмы права, характеристике средств и приемов техники юриспруденции и т. д."34. Сравнительно правовой же метод состоит в сопоставлении правовых систем разных стран, а также одной и той же страны в разные периоды времени с целью выявления их достоинств и недостатков.
В литературе называются и другие частные методы научного познания, выработанные юридической наукой. Такие, как, в частности, методы правового моделирования, методы правового экспериментирования, метод (методы) толкования права. Согласиться с выделением последнего из них мы не можем. То, что в литературе именуется методом (методами) толкования права, в конечном итоге сводится к способам толкования права.
Между тем, по нашему мнению, способы толкования права нельзя относить к разряду частных методов научного познания права. Хотя они и основываются на разных методах научного познания, в том числе и на частных методах правоведения, а также используются в ходе научного толкования права, все-таки прежде всего они приспособлены для применения при толковании права для его реализации, а поэтому представляют собой уже специальные методики (технологии) толкования права.
В заключение следует заметить, что рассмотренные в данной статье проблемы нуждаются в своем дальнейшем изучении. Автор статьи допускает, что в результате этого вполне может возникнуть необходимость в корректировке высказанных в ней суждений.
Примечания:
1. Краткая философская энциклопедия. М., 1994. С. 266.
2. Современный словарь иностранных слов. СПб., 1994. С. 346.
3. Сырых В. М. Логические основания общей теории права. В 2-х т. Т. 1. Элементный состав. М., 2000. С. 361.
4. Там же. С. 361.
5. Общая теория государства и права. Академический курс в 2-х т. / Под ред. М. Н. Марченко. Т. 1. Теория государства. М., 1998. С. 21.
6. Шептулин А. П. Диалектический метод познания. М., 1983. С. 10.
7. Сырых В. М. Логические основания общей теории права. В 2-х т. Т. 1. Элементный состав. С. 363.
8. Шептулин А. П. Диалектический метод познания. С. 9.
9. См.: Копнин П. В. Диалектика как логика и теория познания. М., 1973. С. 81.
10. См., например: Сырых В. М. Логические основания общей теории права. В 2-х т. Т. 1. Элементный состав. С. 363.
11. См., например: Теория государства и права / Под ред. В. М. Корельского и В. Д. Перевалова. М., 1997. С. 11.
12. Сырых В. М. Логические основания общей теории права. В 2-х т. Т. 1. Элементный состав. С. 363.
13. См., в частности: Общая теория права и государства / Под ред. В. В. Лазарева. М., 1994. С. 25-26; Теория государства и права / Под ред. В. М. Корельского и В. Д. Перевалова. С. 17-18.
14. Шептулин А. П. Диалектический метод познания. С. 13.
15. Там же.
16. Там же.
17. См., например: Нерсесянц В. С. Общая теория права и государства. М., 1999. С. 10-12.
18. Сырых В. М. Логические основания общей теории права. В 2-х т. Т. 1. Элементный состав. С. 365.
19. См., например: Шабалин В. А. Методологические вопросы правоведения. Саратов, 1972. С. 14-18.
20. См.: Сырых В. М. Логические основания общей теории права. В 2-х т. Т. 1. Элементный состав. С. 391-397.
21. См., например: Общая теория государства и права. Академический курс в 2-х т. / Под ред. М. Н. Марченко. Т. 1. Теория государства. С. 25-28.
22. Там же. С. 26.
23. См., в частности: Теория государства и права / Под ред. Н. И. Матузова и А. В. Малько. М., 2001. С. 23; Теория государства и права / Под ред. В. М. Корельского и В. Д. Перевалова. С. 13-14.
24. См., например: Общая теория права / Под общ. ред. А. С. Пиголкина. 2-е изд., перераб. и доп. М., 1995. С. 17.
25. См.: Черданцев А. Ф. Теория государства и права. М., 1999. С. 32.
26. См.: Мухаев Р. Т. Теория государства и права. М., 2001. С. 13-17.
27. См.: Введение в философию. В 2-х ч. Ч. 2 / Фролов И. Т., Араб-Оглы Э. А., Арефьева Г. С. и др. М., 1990. С. 372-373.
28. Там же. С. 394.
29. Марксистско-ленинская общая теория государства и права. Основные институты и понятия. М., 1970. С. 115.
30. Венгеров А. Б. Теория государства и права. М., 1998. С. 19.
31. Там же. С. 318.
32. Там же. С. 317.
33. Там же. С. 318.
34. Алексеев С. С. Общая теория права

Петрушев В. А.